Количество отечественных благотворительных организаций значительно превышает европейские. Так, в Украине на каждые три тысячи жителей - один благотворительный фонд. В Европе же - на каждые 4,5 тысячи жителей. При этом Украина занимает 111-е из 145 мест в мировом рейтинге благотворительности World Giving Index 2012. Этот список составил крупнейший британский независимый фонд Charities Aid Foundation. Однако социологи Центра Разумкова и Фонда «Демократические инициативы» обнаружили, что лишь 6% граждан доверяют подобным организациям. А вот, например, в Польше этот показатель превышает 80%. По данным Украинского форума благотворителей, лишь каждый пятый из 15 тыс. действующих в стране фондов выполняет свою прямую функцию - сбор пожертвований на решение тех или иных проблем. Остальные же решают совсем другие задачи. Между тем, каждый год в Украине появляется около 2 тысяч новых фондов. Их деятельность радиостанция «Голос Столицы» обсудила с учредителем консалтинговой компании в области благотворительности бизнеса «Charity Tuner» Павлом Новиковым.

«Голос Столицы»: Почему в Украине такая печальная тенденция с благотворительными фондами? Неужели законодательство не регулирует их работу?

Павел Новиков: Государство иногда даже слишком регулирует работу благотворительных фондов. По сути Украина находится в эволюционной стадии, когда благотворительные инициативы, которые характерны для нашего народа, не работали на протяжении 70 лет советской истории, поскольку всё решало государство. Сейчас эта система вроде как развивается, но, с другой стороны, люди, которые могут найти коррупционную лазейку для себя, её обязательно находят. Один из типичных примеров – благотворительные фонды образуются для того, чтобы выполнять одну из законодательных опций о том, что такие учреждения могут претендовать на льготную аренду помещения за одну гривну у муниципалитета. Соответственно, ничего не стоит какому-то специфическому заместителю мэра организовать благотворительный фонд, получить в аренду какую-то муниципальную собственность и потом сдавать ее другим людям за настоящие деньги. По документам это благотворительный фонд, но по сути – это прокладка для отмывания денег. Таких фондов очень много.

«Голос Столицы»: Как далеко нам до цивилизованных стран в плане работы благотворительных фондов?

Павел Новиков: Был очень хороший опыт, когда мы перенимали интересную модель благотворительности, присутствующую в Америке, Англии и Западной Европе. В Германии, к примеру, существует Немецкий центральный институт социальных исследований,который занимается «сертификацией» благотворительных фондов и выдачей специального знака качества. Чтобы получить его, среди прочего, нужно пройти аудит и отчитаться о своей деятельности. Так вот – в Германии этот институт основан в 1894 году, а в Украине до сих пор нет намёка на подобную структуру.

«Голос Столицы»: Политикам выгоднее создавать свои фонды или использовать уже созданные?

Павел Новиков: Это тоже эволюционный процесс. Потому что от именных благотворительных фондов никуда не денешься, и в мире они тоже хорошо работают. Некоторые суммы тратит, например, фонд Билла и Мелинды Гейтс на решение важных социальных проблем, а фонд Элтона Джона выделяет средства на решение проблемы ВИЧ/СПИД. Во всём мире это прозрачные и очень эффективные фонды. Я думаю, что Украина к этому тоже дойдёт и сейчас есть уже несколько фондов богатейших украинцев, которые выполняют ту же системную функцию.

Так что с одной стороны - это эволюционный процесс, а с другой – история в том, что большинство пожертвований и социальных проектов в мире обеспечивают благотворительные фонды, работающие с бизнесом. Ведь для бизнеса социальные проекты и благотворительность - это такая же логичная часть развития собственного бренда и модели коммуникации с обществом, как и реклама, и правильная упаковка своего товара и так далее. И я думаю, что сейчас украинский бизнес будет постепенно приходить к тому, чтобы не просто выделять деньги кому-то на помощь, а заниматься благотворительностью в той теме, в которой он сам разбирается. И тогда он получит обратный эффект – доверие общества к тому, что он делает.

«Голос Столицы»: Вы вспомнили богатейших людей Украины, которые создают фонды. Насколько прозрачны эти структуры?

Павел Новиков: Я знаю, например, что фонд Виктора Пинчука и фонд Рината Ахметова ежегодно проходят обязательный аудит. Этот аудит они заказывают у одной из компаний, результатам которой действительно доверяют по всему миру. Есть еще одна обязательная часть. Как только бизнес собирается выйти за границы нашей страны и разместиться на IPO, он должен иметь прописанную социальную стратегию. Без нее на IPO просто не выйдешь, и поэтому украинский бизнес, который стремится выйти на международный рынок, сталкивается с тем, что ему нужна социальная стратегия, где должно быть прописано, от какого показателя мы исчисляем объём нашей благотворительности и соцпомощи. Это может быть процент от оборота или прибыли. То есть это должна быть прогнозируемая, стабильная система. И к этому украинский бизнес тоже постепенно будет приходить.

«Голос Столицы»: Может ли обычный украинец отследить деньги, которые он пожертвовал фонду?

Павел Новиков: Я считаю, что не просто может, а обязан. Ни в коем случае не стоит давать деньги тем, кто не гарантирует полной прозрачности и подотчётности. Если передо мной не отчитались за то, куда потрачены мои средства, я туда больше денег не дам. И это – основное правило. Прежде чем давать деньги, посмотрите, как перед вами отчитаются.

К слову, по мнению ряда экспертов, украинцы не обладают достаточной информацией о деятельности благотворительных организаций.