Конечно, ответ на вопрос, поставленный в заголовке, вроде бы напрашивается сам собой – для того чтобы принять участие в парламентских выборах вместе с созданной им Всепакистанской мусульманской лигой и по их итогам создать по крайней мере влиятельную фракцию. А затем, опираясь на парламентскую поддержку, поучаствовать уже в президентских выборах, назначенных на осень.

Однако такой опытный, умный и прагматичный политик, как Мушарраф, затевая свое возвращение в политическую жизнь страны, всегда должен просчитывать возможные последствия, объективно оценивать свои шансы, а также взвешивать те силы, на которые может опереться. Тем более что он покинул родину не по своей воле, а спасаясь от возможных преследований политических противников, которые до сих пор находятся у власти.

Напомним, что генерал Первез Мушарраф оказался у власти в Пакистане в результате военного переворота, который, считается, был без крови и стрельбы. Это удалось генералу, поскольку предыдущий режим являлся насквозь прогнившим и коррумпированным.

Мушарраф попытался провести модернизацию страны, опираясь на силу, авторитаризм, а также на поддержку со стороны США, которые выделяли его за активно поддержанную «войну с террором», начатую президентом Бушем после 11 сентября 2001 года. Он начал бороться с «Талибаном» и другими экстремистскими мусульманскими структурами, густо «населявшими» Пакистан, резко закрутил борьбу с коррупцией и взяточничеством, фактически перетряхнул всю судебную систему.

Однако проблема заключалась в том, что Мушарраф опирался в основном на армию, где он был своим человеком, а политическая верхушка страны его не поддерживала. Да и простой народ генерала особой любовью не жаловал – страна при его правлении оставалась бедной, особых перспектив, прежде всего у молодежи, по-прежнему не было.

В конце концов, после девяти лет нахождения у власти Первез Мушарраф в 2008 году под угрозой импичмента вынужден был покинуть Пакистан и перебраться в Лондон.

Казалось бы, что надо 65-летнему отставному политику на закате его активных политических лет? Деньги у таких людей всегда есть, кафедра в западных университетах присутствует. Живи и радуйся. Но Первез Мушарраф не таков. Через два года своей вынужденной эмиграции он создает в Пакистане партию и публично заявляет, что намерен вернуться на политическую сцену страны. Есть сведения, что его желание изрядно подогревалось из Вашингтона. Ведь США никогда не скрывали своей озабоченности по поводу жизненно важного для них вопроса – в чьих руках окажется пакистанский ракетно-ядерный потенциал после назначенных на 11 мая парламентских выборов в Пакистане.

По заключению американских экспертов, на этих выборах не исключена победа радикальных исламистских партий. По мысли стратегов Вашингтона, «десантирование» на парламентские выборы своего человека могло бы в корне изменить плохой для США их результат. Похоже, на Капитолийском холме просчитались. Хотя поначалу все развивалось гладко. В конце марта Мушарраф прилетел в Карачи, в аэропорту его встречала толпа поклонников с приветственными лозунгами. Через неделю ему удалось зарегистрироваться в одной отдаленной провинции на севере Пакистана в качестве кандидата на парламентских выборах. Однако после некоторой паузы политические противники экс-президента резко активизировались, прежде всего судебная власть и нынешнее окружение президента Асифа Али Зардари, супруга убитой в 2007 году бывшего премьер-министра и лидера оппозиции Беназир Бхутто. Совместно они «вытащили из сундука» выданный два года назад ордер на арест Мушаррафа за нарушения конституции и убийства политических оппонентов. В вину ему вменяется незаконное увольнение и арест судей верховного суда в 2007 году, также он обвиняется в организации ликвидации одного из лидеров племен белуджей Акбара Букти.

Припомнили Мушаррафу злопамятные судьи и незаконное, по вердикту верховного суда, введение в 2007 году чрезвычайного положения в стране, позволившее ему разобраться с набравшей силу оппозицией. Не забыли своего «лучшего друга» и талибы, заявившие сразу после его появления в Пакистане, что они не пожалеют сил, чтобы «отправить в ад» изменника ислама, поддержавшего военную операцию США против своих отважных единоверцев. Удивительно, но не поддержали Мушаррафа и «боевые друзья» из пакистанского генералитета, на которых, видимо, он так рассчитывал. По крайней мере, командующий армией генерал Афшак Первез от выборов демонстративно отстранился. По данным же пакистанской прессы, в военных кругах наибольшей поддержкой пользуется вовсе не экс-президент страны, а бывший еще недавно чрезвычайно популярным капитан национальной сборной по крикету (спорт № 1 в Пакистане) Имран Хан – ныне лидер одной из исламистских партий.

Последующая за возвращением в Пакистан бывшего президента история с его арестом, затем побегом из-под стражи больше напоминает фарс, чем логичный судебный процесс. Неделю назад Мушаррафа вызвали в суд. Видимо, как он наивно полагал, для того, чтобы как бывшему главе государства получить очередное (одно уже было) продление иммунитета от уголовного преследования. Однако зловредный судья не только не продлил иммунитет, но запретил ему баллотироваться и выдал санкцию на арест.

Бывший генерал, вспомнив свою боевую молодость, под прикрытием собственной охраны и при попустительстве судебных приставов из здания суда просто сбежал. Правда, не очень далеко - в свою бывшую резиденцию недалеко от Карачи. Как развивались события дальше, доподлинно неизвестно, но спустя два дня Мушарраф оказался все-таки под стражей, причем судья определил и дату нахождения под арестом – до 4 мая, т. е. за неделю до парламентских выборов. Прогнозировать, как будут разворачиваться предвыборные катаклизмы в Пакистане, дело бессмысленное, но то, что экс-президенту ничего не светит, факт достаточно очевидный.