Отставка итальянского премьер-министра Марио Монти, вызванная попыткой Сильвио Берлускони вернуться к власти, обеспокоила руководство европейских государств. Вся эта ситуация вновь ставит вопрос о способности Италии провести реформы и о выживании евровалюты. И она снова оживила страхи перед корыстными политиками, которые подстрекают избирателей против совместного европейского проекта. Похоже, свою избирательную стратегию Берлускони решил построить, обвиняя режим строгой экономии немецкого образца во всех бедах, постигших Италию.

Некоторые среди всех волнений видят обнадеживающие признаки, считая, что возмущение возвращением Берлускони свидетельствует: у европейцев, по крайней мере, начинает появляться какое-то неуловимое понимание, общее политическое сознание, которое может послужить основой для дальнейшей интеграции. Достаточно лишь взглянуть на тревожные заголовки газет по всей Европе. О «Возвращение бунга-бунга» заявляет немецкий таблоид Bild. «Мумия возвращается!» - кричат передовицы французской ежедневной газеты Libération, намекая одновременно и на странное выражение лица господина Берлускони после пластической операции, и на жуть его возвращения из политического «царства теней».

В Европарламенте собственная политическая «семья» Берлускони - Европейская народная партия (ЕНП) - выступила с осуждением в его адрес, что достаточно нехарактерно. Но осмелится ли ЕНП изгнать Берлускони из своих рядов - это уже другой вопрос.

Кризис евро означает, что внутренняя политика одной страны все сильнее будет касаться всех европейцев в целом. А европейская политика уже стала большим вопросом национальных выборов. Но это само по себе не создает европейского демоса. Берлускони играет на настроениях евроскептицизма, уже достаточно распространенных. Он утверждает, что строгая бюджетная политика в немецком стиле ослабляет экономику Италии, вместо укрепления ее. А что же тогда можно сказать о нижних спредах на долг Италии, установленных при правительстве Монти? А это - просто трюк, который Германия провернула в прошлом году, чтобы устранить правительство Берлускони от власти.

Возможно, все это свидетельствует лишь об отчаянии политического лидера, который растерял значительную часть поддержки избирателей и которого ждут многочисленные судебные дела. Но даже если Берлускони и проигрывает - его поступки все равно важны. Это не какой-нибудь маргинальный политик, который вдруг поднялся на волне популярности, как Герт Вилдерс в Голландии или Алексис Ципрас в Греции. Он трижды избирался премьер-министром. Евроскептицизм в Италии, где обычно преобладали сильные проевропейские настроения, проявляется по-разному: от Северной Лиги на правом крыле до бывших коммунистов на левом и популистско-оппозиционного движения «Пять звезд» с бывшим комиком Беппе Грилло во главе. Если Берлускони возглавит течение центристов, то при поддержке его денег, медиа-влияния и остатков популярности евроскептицизм может стать мощной силой.

Евробюрократы часто просто отмахиваются от своих критиков, называя их популистами. Но любые сомнения относительно готовности Италии вернуть долг и провести реформы, способствующие росту экономики, могут легко столкнуть еврозону обратно в острый кризис. Лишь недавно европейский комиссар по финансовым вопросам Олли Рен огласил, что еврозона прошла пик кризиса и от защитных мер перешла к поддержке реформ ради усиления конкурентоспособности.

Это было частично правдой. Действительно, дела испанских банков приводят сейчас в порядок, а кризис в Греции пока снова удалось взять под контроль. Более того - обещание президента Европейского центробанка Марио Драги проводить интервенции на рынках от имени стран, которые обращаются за помощью (и соглашаются на программу реформ), позволило снизить стоимость кредитных средств. Но даже и так экономика еврозоны замедляется, а рецессия в проблемных странах на периферии растет. Капитал и ликвидные фонды бегут из ослабленных стран, что уменьшает возможности кредитования их компаний. Излишне строгая экономия подавляет внутренний спрос.

Возможно, Драги и уменьшил риск выталкивания стран из зоны евро по рыночным причинам, но даже он не может исключить возможности политического риска для Италии. Однако недавние выборы дают европейским лидерам некоторые основания успокоиться, несмотря на все страхи перед популизмом. В Нидерландах Вилдерс потерял поддержку (хотя после выборов его популярность несколько поднялась), а проевропейская Партия труда значительно укрепила позиции. Даже в Греции, наиболее пострадавшей от кризиса среди всех стран еврозоны, избиратели вернули к власти лидера, готового скорее принять горькое лекарство от Брюсселя, чем рисковать «вылетом» из евро.

Италии угрожать труднее - хотя бы потому, что она одновременно слишком велика и для того, чтобы ее спасать, и для того, чтобы ЕС выжил в случае ее возможного выхода из еврозоны. Надежда только на то, что итальянские избиратели сами скажут «нет» льстивому Берлускони и вернут к власти правительство реформистов - с Марио Монти или без него.

Скучать не придется

Обычно выборы в Европе - дело скучное. То, что теперь они похожи на приключенческое повествование, много говорит о том беспорядке, в котором погрязла еврозона. Пока не будут исправлены недостатки в основе системы, каждые национальные выборы будут таить в себе потенциальные проблемы.

Для стабилизации единой валюты нужны не только строгие фискальные правила и реформы, но и долгосрочный план по мутуализации (общей ответственности за государственные долги и банковский сектор). В течение определенного времени лидеры еврозоны, кажется, с этим соглашались. В июне они решили создать банковский союз, начав с объединенного банковского надзора, и призвали европейские институции заключить дорожную карту для обеспечения будущего евро. Но хотя в общих чертах банковский надзор в еврозоне был согласован, другие аспекты банковского союза тормозятся, а долгосрочные реформы, можно сказать, отложили в долгий ящик. Вместо дорожной карты стоит знак «проезда нет». В частности, Германия хочет отложить переговоры о будущей мутуализацию, по крайней мере, до собственных выборов, которые состоятся осенью следующего года. Поэтому Италия - не единственная страна, политика которой должна вызывать тревогу.