Одна сторона считает размещение этих батальных картин в Золочевском и Олесском замках победой. Противоположная сторона, однако, не готова принять поражение, привлекая политические и дипломатические силы. Следует ожидать возвращения к этому вопросу через некоторое время. Поводом должно быть хотя бы решение музейного совета на специальном выездном заседании. Считаю, что судьбу музейных памятников нельзя решать под влиянием политических, экономических или каких-то других интересов. Решающими должны быть аргументы научные, профессиональные, ибо только такие, по моему мнению, могут примирить стороны. Ведь восстановить историческую справедливость бесполезно пытаться, потому что это невозможно и неизвестно: каждый видит ее со своей стороны иначе. Наше прошлое должно помогать нам строить будущее. А прошлое, изображенное на этих батальных картинах, как и самих картин, - это не только польская история, но и наша, потому что значительная часть нынешней Украины входила в Речи Посполитой, а также история Австрии, Германии и Турции, история Европы.

Эти картины являются музейными памятниками, статус которых никто изменить не может. Так, есть такая наука музеологии, которая рассматривает вопросы сохранения, исследования и использования музейных предметов как отражение отношения человека к окружающему в временно-пространственном аспекте. Поэтому осмелюсь здесь выразить свой, конечно, субъективный, но отдельный музейный взгляд на проблему, надеясь, что он снова не возмутит эмоций, а лишь станет поводом для обсуждения.

Итак, каждый музейный предмет, а эти картины являются, можно рассматривать как знак, значение которого зависит от контекстов его использования и восприятия. Конечно, картины - это произведение искусства, в данном случае - написанный художником, согласно стилистическим признакам того времени, по специальному заказу. Но и сюжет картин, и сам заказчик, и обстоятельства, побудившие такой заказ, говорят об определенной предполагаемой для этих картин функцию. А для этого нужно соответствующее общественное пространство. Это можно считать предпосылками первичного контекста музейных предметов.

Ян III Собеский как участник, даже номинальный главнокомандующий объединенными христианскими вооруженными силами в битвах под Веной и Парканами хотел возвеличить и увековечить для потомков свой триумф. Для этого он пригласил молодого художника Гогенберг, который итализував свою фамилию как Альтомонте, чтобы вызвать к себе в этом далеком и неизвестном сарматском края, где итальянских художников знали и уважали.

В Жовкве, королевской резиденции, Альтомонте за свежими впечатлениями, созерцая парад победителей и демонстрацию трофеев в первую годовщину победы, нарисовал две батальные картины, чтобы глорифицировать победы своего заказчика, короля Речи Посполитой. Пафосная речь барокко и соответствующие размеры подходили для этого наилучшим образом. Согласно обычной в то время традиции, картины разместили, как и было задумано, в приходском костеле, в сакральном пространстве. Потому что в то время это было наиболее подходящее публичное место, где они могли выполнять задуманную для них функцию.

В этом первичном контексте картины находились долгое время, в течение которого выполняли свою функцию, трансформируя ее в соответствии с условиями времени.

И вот теперь, после их музеизации, исследования и успешной реставрации при значительной помощи современного польского государства возникла проблема - где их экспонировать. Столкнулись разные интересы, разные видения. Вопрос надо ставить так: как же их экспонировать, чтобы они полнее раскрыли свои значения. Ведь предметы не имеют смысла в себе, только мы задаем его. И здесь возникают главные противоречия в понимании этих значений в новых контекстах - культурных, художественных, исторических, общественных, политических и т.п.

Прошлое всегда должны переосмыслить, чтобы строить будущее. Образ прошлого не является объективным. Еще раньше говорили, что наш образ прошлого является проекцией настоящего. Но осмысление и интерпретация прошлого может помогать нам строить общее видение будущего. Какое значение имеют эти картины для нас сегодня и для нашего будущего? Или это только самые батальные картины тех времен? Или потому, что их автор Альтомонте, который, кстати, вместе с И.М. Роттмайром считается основателем австрийского барокко? А это придает им еще и ценность художественную.

Потому ли, что они изображают решающее участие Яна III Собеского в определяющих для судьбы Европы битвах с Османской империей? А какой был ход событий в этих битвах и кто участвовал в них в армии короля Речи Посполитой? Война эта началась задолго до этих сражений и закончилась не ими. А откуда происходил рейтар Ендрик, который своим телом прикрыл Яна III Собеского и спас ему жизнь, что изменило ход боя под Парканами? Наверное, в армии были предки и современных жовкивчан и окрестностей, и многих галичан. А когда, как и чем закончилась турецко-австрийская война? Как она повлияла на дальнейшую судьбу Европы? Или зависела от этой войны дальнейшая судьба европейских народов и современных национальных государств и как эта судьба может повлиять на наше будущее?

Битва под Веной

Перечень вопросов можно продолжать, т.е. значение этих батальных картин можно расширять. А для этого нужен соответствующий теперь уже вторичный, а именно музейный контекст, широкий, соответствующий современных социально-культурных и общественно-политических условий.

Следовательно, вернуть в костел Святого Лаврентия в Жовкве, оставить на нынешнем месте экспонирования в замках?

Или чтим тем замысел художника и возвращаем историческую справедливость, как на этом настаивают уважаемые сторонники официальной позиции польской стороны? Это наивные пожелания. Замысла художника никто не может знать, а что сказал бы заказчик сейчас - предсказать трудно. Отдав картины в костел, возвращаем их в сакральное пространство и тем ограничиваем контекст и, соответственно, коммуникацию и интерпретацию, сужаем их значение к прославлению польского оружия и польских героев.

Если оставить на нынешнем месте, то действуем логично и в рамках права. Музейные предметы должны быть в музее. Музей на сегодня не имеет лучших условий для экспонирования. Исторический контекст хоть косвенно, но сохранено: замки Олесский и Золочевский связанные с именем Собеского. Но это создает возможности для расширения значений этих музеалий? Очень ограничены.

Битва при Парканах

Конечно, лучше всего раскрываются и воспринимаются значение музеалий на месте их первоначального нахождения (in situ). В нашем случае - это Жовква. Наше представление о музее тесно связано с историческими зданиями. На мой взгляд, стоит построить специальный экспозиционный павильон как часть Львовской галереи искусств, чтобы шире раскрыть значение всех четырех баталий - кроме «Битвы под Веной» и «Битвы при Парканах», еще и «Битву под Хотином» и «Битву под Клушино». «Общие победы в обороне Европы - совместная работа в развитии Европы» - вот лозунг, который объединяет историю и будущее наших народов. Примеров украинско-польского братства оружия много. Журнал «И» выпустил когда-то на эту тему интересный компакт-диск.

В новом экспозиционном пространстве можно показать не только баталии, но и трофеи, оружие, одежду, элементы быта. Можно показать, как теперь выглядят поля сражений, города, например, словацкое Штурово, когда-то венгерское Паркань. Рассказать медийными средствами о ходе этих сражений, их влиянии на конфигурацию Европы, взаимосвязи и взаимовлияния различных событий и разных времен, рассказать о судьбах отдельных лиц, показать, как создавалась Европа, как войны приводили к человеческим трагедиям, и поэтому их надо избегать при помощи понимания и сотрудничества. Не сакрализовать и не героизировать войны, а раскрывать их античеловеческую сущность, показать эволюцию европейского взаимопонимания, что привело к современной Европы с ее ценностями. Ежегодно можно отмечать эти победы различными культурно-художественными мероприятиями, историческими реконструкциями с участием потомков бывших воинов. Даже для Турции можно найти место в такой новой трактовке истории.

Нужно искать общие стратегические интересы всех заинтересованных сторон и заинтересовать еще не заинтересованных, а не стоять упорно на своем.