Банкиры успели кое-как подлатать балансы, получив незначительную прибыль в прошлом году. Появилась надежда, что положение банков будет улучшаться и дальше. Но ряд продаж иностранцами украинских «дочек», длительный период высоких процентных ставок и проблемы с выплатами депозитов, которые уже возникают у некоторых финучреждений, свидетельствуют о том, что отрасль имеет все меньше перспектив и все больше проблем.

Балансирование на грани

Фундаментальной проблемой украинских банков является хронический дефицит финансирования, основными источниками которого являются депозиты граждан и бизнеса, а также внешние долги. Эти три статьи сейчас занимают 59% всего ресурса банкиров, а их динамика фактически «делает погоду» на финансовом рынке.

До кризиса внешние долги были основным ресурсом банковской системы, за что финучреждения расплачиваются до сих пор. Рассчитываться они будут еще долго, ведь на конец 2012 года было погашено лишь 48% объема внешних обязательств, сформированного в декабре 2008-го. Ситуацию осложняет разочарование иностранцев в украинских банках и банкирах. Следовательно, крупных зарубежных денег последние могут не видеть годами, а старые долги возвращать придется.

Поэтому депозиты стали главным источником финансирования банков после кризиса. В прошлом году благодаря высоким процентам граждане принесли значительное количество денег, но, возможно, показали тот максимум, который они могут доверить банкам в нынешних условиях. К тому же доходы населения уменьшатся из-за падения экономики, что приведет к проеданию тех средств, которые сейчас лежат в банках. Поэтому дальнейший рост ставок вряд ли позволит привлечь дополнительные депозиты. Поэтому в ближайшее время при прочих равных условиях надеяться на их существенный приток не приходится.

Депозиты бизнеса обычно вносят весомую долю в объем банковского ресурса. Это происходит, если масштабы бизнеса растут и предприятия кладут больше денег на счета, чтобы обеспечить увеличение оборота. Однако в прошлом году бизнес не расширялся. Поэтому счета предприятий похудели, поэтому есть все макроэкономические основания ожидать падения или, по крайней мере, стагнации экономики и в 2013-м, поэтому и этот источник финансовых ресурсов для банков будет закрытым.

На таком фоне интересными представляются направления, куда банкиры направляют полученные средства. Из-за дефицита денег на потребительском кредитовании фактически поставлен крест, поэтому банки лишь возвращают старые кредиты, выдавая новые в мизерных объемах. Весь ресурс идет на кредитование бизнеса. Но этого мало, поэтому предприятия будто задыхаются без оборотных средств, вымытых налоговиками и убытками, и в ряде случаев вынуждены сокращать и останавливать производство.

Живых денег не хватает не только бизнеса, но и самим банкам: за последние два года они не увеличили объема ликвидных активов (наличных, валюты и т.п.). Поэтому в контексте роста баланса банковской системы уровень ее ликвидности и потенциальной платежеспособности уменьшился. Только если в 2011 году банкирам удалось сохранить статус-кво в разрезе ликвидных активов, то в 2012-м они были вынуждены покупать ОВГЗ, уменьшая свои запасы гривни и валюты. Это создает дополнительные риски для системы, которые могут вскоре реализоваться.

От помощи НБУ легче не становится

В ситуации хронических перебоев с финансированием на помощь банкам должен прийти НБУ. Регуляторы большинства стран в аналогичных ситуациях заливают деньгами систему для того, чтобы поддержать экономический рост. Развитые государства в последние годы даже несколько перегибают палку, используя упомянутый инструмент. Однако НБУ это не касается, потому что его приоритетом сейчас является не экономический рост, а стабильность валютного курса. Казалось бы, указанные два макроэкономических ориентира должны дополнять друг друга, но так складывается экономическая конъюнктура, что на сегодня в Украине те приоритеты являются прямо противоположными. Этот факт осознают профессиональные экономисты, и доказывает статистика за прошлый год, но его полностью игнорируют должностные лица НБУ.

Поэтому банковский сектор Украины уже больше года работает по такой схеме. Все ресурсы банки прежде направляют на финансирование обескровленного бизнеса их владельцев. Те крохи, которые остаются, попадают на межбанковский валютный рынок, объемы торгов на котором выросли за два года в три-пять раз. НБУ понимает, что рефинансирование пойдет на торговлю валютой. Поэтому дает кредиты только лояльным банкам на условиях (покупка ОВГЗ, кредитование государственных проектов), по которым эти деньги не могут никак попасть на валютный рынок. Регулятор четко знает, сколько средств (полученные проценты, возвращенные займы и т.д.) поступает ежемесячно в банковскую систему. Поэтому ему легко посчитать, сколько кредитов рефинансирования следует выдать, чтобы не переполнить гривней валютный рынок и избежать угрозы неконтролируемой девальвации. Итак, пока курс стабильный, а девальвационные ожидания высоки, эта схема может существовать, лишая коммерческие банки ликвидности, а также желания и возможности кредитовать экономику.

Нацбанк, конечно, выдает много кредитов рефинансирования, иначе банковская система уже могла бы достичь критической точки. Но этих денег явно не хватает даже для непродолжительного решения проблемы, а о стимулировании экономики кредитами говорить вовсем не приходится. Объемы рефинансирования растут, а в конце прошлого года в нем нуждалась четверть банковской системы. При таких обстоятельствах трудно спрогнозировать: системный обвал последней наступит быстрее, чем НБУ проведет девальвацию, или наоборот.

Процент смотрит в небо

Положение банковского сектора адекватно отражено процентными ставками. Собственно, все ключевые ставки выросли еще в 2011-м, а в 2012-м они оставались на высоком уровне, в некоторых случаях достигая рекордных отметок.

Резко росла стоимость кредитов на межбанковском рынке, ведь он первым реагирует на дефициты и излишки денег в системе. Если сопоставить динамику ставок на нем в 2011-2012 и 2008-2009 годах, то разницы почти не видно. Общие две волны, одинаковая продолжительность подготовительного периода к острой фазе кризиса. Отличается только амплитуда, ведь прошлый раз диспропорции были большими, а времени и знаний для соответствующей реакции регулятора - меньше. Такое сходство наводит на мысль, что когда банки и избегут массовых проблем в ближайшее время, то при сохранении текущих тенденций многие из них не переживут нынешний год.

Ставки по депозитам граждан в нацвалюте бьют рекорды десятилетней давности. А это наиболее массовый ресурс, который можно получить в пределах страны. Банки как бы манифестируют свою безысходность в поисках гривневых источников финансирования. Речь идет именно о гривне, ведь проценты по валютным депозитам домохозяйств заметно ниже, чем в 2008-м. При этом с каждым кварталом эффект от высоких ставок ослабевает, а приток депозитов замедляется. Стремительный рост демонстрируют проценты по депозитам бизнеса. Предприятия сами не имеют достаточно денег, поэтому, наблюдая за банками, которые наперегонки повышают соответствующие ставки, хочется, как в детской игре, сказать: «Холодно, холодно, еще холоднее...»

Понятно, что кредитные проценты также растут. Займы гражданам подорожали еще после кризиса. Что касается кредитов бизнесу, то ставка по ним растет менее стремительно, чем по депозитам. Таким образом, несмотря на денежный дефицит и потребность выживать, предприятия не готовы брать деньги под такой процент - им выгоднее свернуть деятельность и ожидать лучших времен. Последствия этого выбора - падение экономики и ухудшение уровня жизни граждан, которое дало о себе знать во второй половине прошлого года и напоминать о себе и дальше.

Интересно, что в Украине уже довольно долго высокие ставки сочетаются со скудной инфляцией. Это свидетельство того, что денег нет ни на финансовом рынке, который определяет проценты, ни на товарных, определяющих уровень цен. А если их не хватает на этих двух рынках, то не может быть ни у государства, ни у граждан, ни у бизнеса. Это непосредственный результат деятельности «семейного» Сергея Арбузова на посту главы НБУ. В связи с его переходом в правительство и вероятным возглавление Кабмина страшно представить, к чему в конце концов может привести финансово-экономическая политика «Cемьи», под контролем которой, похоже, и впредь будет Нацбанк.

Что будет с банками?

Совершенно очевидно, что в ближайшем будущем банкиры и дальше будут ломать головы над тем, где и как найти финансирование. Все нынешние и потенциальные кредиторы украинских финучреждений постепенно теряют мотивы им доверять. Более того, и граждане, и бизнес, и нерезиденты (преимущественно европейцы) имеют свои трудности, в частности потерю работы, уменьшение доходов, убытки и т.д. Их преодоление требует денег, поэтому даже потенциальный ресурс для финансового сектора исчерпывается.

Ключевые ставки останутся высокими, пока не изменится эта фундаментальная тенденция. Поэтому временное снижение процента, который наблюдался в декабре прошлого года, ставит больше вопросов, чем дает ответов. Ведь если приток ликвидности и снижение ставок были такими незначительными и непродолжительными на фоне окончания избирательной кампании и заметного оптимизма на мировых рынках капитала, то какими они будут, когда конъюнктура станет менее благоприятной?

С одной стороны, НБУ может продолжать свою нынешнюю политику, выдавая рефинансирование четко посчитаными порциями. В таком случае высокий процент и дальше будет деформировать балансы банков. Некоторые из них де-факто станут банкротами, будут полностью зависеть от воли НБУ и еще много лет потребуют его рефинансирования. В худшем случае последствием такого сценария могут быть депозитная паника и вывод банкирами капитала за границу. Масштаб последствий этих явлений известен еще с прошлого кризиса.

С другой - Нацбанк может отказаться от идеи удерживать курс гривны любой ценой и провести контролируемую девальвацию, которая отвечала бы макроэкономической ситуации. Следующим шагом он достиг бы двойного эффекта. Во-первых, ресурсы с межбанковского валютного рынка пойдут на кредитование, ведь при адекватном курсе гривны там будет ничего ловить. Во-вторых, нерезиденты, которые заняли выжидательную позицию, начнут активнее инвестировать в экономику Украины. Это приведет прежде всего к притоку денег в банковскую систему. Кроме того, население поймет, что приток денег уменьшил риски банкротств финучреждений. Оно больше будет доверять последним и класть на депозит сбережения, которые сейчас хранятся «под матрасом». К тому же рефинансирование НБУ достигнет своей цели - кредитование экономики, ведь у банкиров исчезнут мотивы направлять его в другие места. Более того, при таких условиях рефинансирование может оказаться ненужным, ибо, как показывает история, тогда и ставки снизятся, и ликвидность банков вырастет почти мгновенно.

Возможен ли третий сценарий развития событий? Теоретически да. Но для этого нужно, чтобы мировая экономика перешла в фазу бурного развития, в Украине существенно улучшился инвестиционный климат, украинцы стали доверять власти, а бизнес начал массово выходить из тени. Это маловероятно.